THE MIND'S EYE MUSIC CINEMA ANIMATION RADIO GAMES SMILES PHOTO

Феерический мир "ночного мотылька"
МАЛОИЗВЕСТНЫЕ ПОДРОБНОСТИ ИЗ ЖИЗНИ АЛЕКСАНДРА АБРАХИМОВА

АЛЕКСАНДР АБРАХИМОВ

Свой путь в большую журналистику Александр Абрахимов начал со скандального материала о дедовщине в армии. И хотя статья наделала много шума, автор понял, что испытывает глубокое отвращение к журналистским расследованиям, криминалу и политике и что его призвание - создание феерического мира новостей с позитивным настроем. И он не ошибся. Его голос с первых слов узнают обе столицы, а во время эфира "Студии "15" даже любители "унца-унца" переключаются на радио "Максимум" с других частот.

С Александром Абрахимовым беседует наш корреспондент Светлана ГУДЁЖ:

- Кто ты в большей степени для слушателя: журналист, ведущий радио "Максимум" или приятный голос в радиоприемнике?

- Я сам пытаюсь это определить. Многие считают новостями только серьезную информацию. Я же называю свои новости "soft-news", а свой жанр - информационная клоунада. А клоун может и рассмешить, и заставить заплакать. Кто я - слушатель определяет сам, но если 7,5 лет мои новости слушает, значит, ему нравится... Радиопередачи должны быть интересными, в какой бы момент ни включили приемник: играет ли музыка или в эфире выпуск новостей.

- По какому критерию ты отбираешь информацию?

- Новости летают в воздухе, главное - уметь их вовремя поймать: в течение минуты интуитивно выловить из ста новостей одну. И вот профессиональное наблюдение: если информация тебе интересна, ты никогда не оговоришься в эфире, если нет - прочитаешь ее заранее 25 раз и все равно запнешься.

- Как ты сделал эфир своей жизнью?

- До "Максимума" у меня было два этапа, связанных с радио. Первый, когда в пятом классе я прочел книжку Анатолия Алексина "Говорит седьмой этаж": в ней школьники открыли радиостанцию, вещавшую на их дом. Мне так понравилась эта идея, что я хотел сделать подобное в своей школе. А второй этап - когда я служил в армии и был "звездой" гарнизонного вещания. Это происходило во времена перестройки. Я выходил в эфир с новостями, замполит хватался за голову, прибегал и выдергивал все шнуры: Абрахимов рассказывал не только о том, что завезли в гарнизонный магазин, но и о переменах в стране.

- Ты хотел стать радиоведущим или помогла счастливая звезда?

- Это была случайность. На "Максимум" в гости меня позвал знакомый, причем никаких предложений о работе не было. Случайно я ехал в метро в одном вагоне с Юлей Бордовских. Случайно стал секретарем на телефоне на радио "Максимум". А через месяц начал делать репортажи и первый раз вышел в эфир.

- Страшно было?

- Конечно. Я учился на журфаке, и в тот день мне надо было сдавать экзамен по философии. Я сдал его на пятерку, и преподаватель ехидно сказала мне: "Очень жаль, Абрахимов, что вы не посещаете мои лекции. Из вас мог бы получиться неплохой философ". И я помчался на эфир, который мы провели с Таней Бочаровой. А потом пошло-поехало.

- "Эфирный" Абрахимов сильно отличается от Абрахимова в жизни?

- Другого Абрахимова нельзя увидеть в Москве. Здесь я всегда сохраняю свою маску и не думаю, что ее надо снимать. А "неэфирный" Абрахимов сидит где-нибудь на Ямайке, пытается залезть на серф, падает с него, в одиночестве о чем-то думает, страдает, предается страстным и чувственным мечтаниям...

- Существует ли что-нибудь, что может вывести тебя из равновесия в эфире?

- Нет, я стараюсь не выдавать своего внутреннего настроения. Это уже профессиональное. Даже когда болею, в эфире ничего нельзя заметить: когда я сажусь в кресло в эфирной студии, мой голос звучит как обычно.

- А казусы случаются?

- Случаются. У нас есть компьютер, в который забиты материалы по рубрикам. Совсем недавно я вел шестичасовой выпуск новостей и рассказывал о московском фестивале тенниса. У фестиваля свои проблемы, и я делаю подводку: "Президент фестиваля тенниса Ольга Иванова о наболевшем..." И вдруг Ольга Иванова сообщает миллионам слушателей: "Лежу я со своим парнем в постели. А в соседнем бунгало парочка - ему лет шестьдесят, а ей тридцать - ворочаются, охают, хрюкают..." Меня душит смех, я понимаю, что "врубили" другой материал: хит-парад эротических переживаний и сексуальных подвигов. На такой случай у меня всегда есть в запасе слова: "Это - радио "Максимум" -живое радио".

- Если бы ты не стал ведущим "Максимум", то чем бы занялся?

- Я с ужасом думаю, что со мной было бы в этом случае, и не могу себе представить. Думаю, что сейчас работаю по специальности.

- В конце тысячелетия очень модно делать собственные телевизионные проекты. Ты думал об "Абрахимове на экране"?

- Телевидение очень опасная вещь, и пока в телеэфире царит хаос, я там не появлюсь: и так слишком много лишних людей на экране, а просто "говорящей головой" быть неинтересно. На телевидение нужно приходить со своей командой. На радио "Максимум" у меня есть команда, на которую я стопроцентно могу положиться.

- Многие мечтают работать в эфире радио "Максимум". Что бы ты им посоветовал?

- Прежде чем отправлять резюме на радио "Максимум", еще раз спросите себя, чем это является для вас: игрой или работой. Игра заканчивается через десять дней, так как мало кто знает, каких колоссальных усилий требует радиоэфир.

- Когда ты приходишь домой после титанического труда, тебя ждут какие-нибудь любимые существа?

- Нет; как это ни странно, меня ждут Татьяна Миткова, Михаил Осокин и выпуски новостей. Даже в субботу и воскресенье я включаю телевизор и смотрю новости, потому что моя работа - часть моей жизни. Я не готов к тому, чтобы меня кто-то ждал дома, готовил ужин... Меня это пока не устраивает, мне нравится быть предоставленным самому себе. Наверное, потому что я самодостаточный человек.

- Ты всегда сидишь дома один?

- Разумеется, нет. К вечеру собираются друзья, гости, и часов до пяти утра мы тусуемся. Я называю себя "ночным мотыльком". На рассвете я ложусь спать, а в полдень включаю телевизор, и опять начинаются новости. К часу дня я лечу в студию как безумный, чтобы не опоздать на эфир.

- Какими качествами должен обладать человек, чтобы стать твоим другом?

- Теми же, что и я сам. Я люблю самодостаточных людей, которые не плачутся и денег не занимают. Если кому-то очень нужно, я даю взаймы, но сам не беру никогда. Мне очень импонируют активные люди с максимальной энергетикой, с "чертенком" внутри, которые в один прекрасный момент могут ошалеть и совершить необдуманный поступок. Что касается друзей, то у меня много друзей категории "С", есть друзья категории "В", совсем мало - категории "А". Эти категории я четко определяю, и каждый знает, что надо сделать, чтобы попасть в ту или иную категорию. Друзья могут переходить из "С" в "В", из "В" в "А"...

- А из "А" в "С"?

- К счастью, пока такого еще не было.

- Журналисты, как правило, отличаются изрядной долей цинизма. Для тебя есть что-то святое?

- Это два человека, к которым я всегда отношусь с почтением: папа и мама. Обо всем другом я могу спорить: о честности, совести, дружбе, религии...

- Какие заповеди ты нарушаешь?

- Я никогда не повторяю десять заповедей, чтобы их запомнить: мне кажется, что я живу правильно. Но в спорных случаях срабатывает интуиция, и я говорю себе: "Не сметь!" Этот внутренний голос и есть моя заповедь.

- Ты суеверный человек?

- Я верю в приметы и сны, люблю их расшифровывать. У меня очень развито шестое чувство, я всегда полагаюсь на него и советую делать это своим слушателям.

- Ты получаешь необычные послания от поклонников?

- Иногда. В основном это письма и открытки. Я их храню и даже порой звоню, когда в письме оставляют телефон. На "Максимум" и подарки приносят - то кастрюльку с пирогами, то к Новому году пельменей наварят. Сейчас в жару воду презентуют. Видишь, бутылка стоит с надписью: "Саша, будь премьерным человеком!"

- В любви объясняются?

- Однажды я получил письмо от незнакомой девушки. Она предложила приехать к ней домой познакомиться и быстренько оформить брак: мол, мама и бабушка согласны, я им очень нравлюсь. Мне больше нравится фактор доверия, например когда десятиклассник в письме просит подсказать ему правильную дорогу в жизни. Раз есть доверие, значит, не зря я выхожу в эфир.

- Ты чувствуешь себя звездой?

АЛЕКСАНДР АБРАХИМОВ - Я не звезда, я журналист: не моя задача заигрывать с поклонниками, сидеть в VIP-зонах - это удел звезд шоу-бизнеса. Я всегда разделял эти два понятия, и, когда коллеги их пугают, они перестают быть моими коллегами. Смокинги - приоритет звезд, а мы делаем новости с колес и появляемся без смокингов.

- Тебя больше "знают" ушами, чем глазами. Тебе приходится слышать догадки о собственной внешности?

- Да, особенно в Питере. Для большинства людей я почему-то слишком взрослый - в костюме и при галстуке, всегда с прической на пробор. Меня не устраивает такой имидж МИДовского работника. Мне больше нравится, когда меня представляют добряком с открытым лицом и улыбкой. Я такой и есть.

- Музыка связана для тебя с профессиональной деятельностью?

- Хотя я работаю на "Максимум", я обыкновенный потребитель музыки и у меня единственный критерий ее оценки: если душа и тело откликаются - значит, нравится.

- А прочие искусства тебе не чужды?

- Очень люблю кино, причем совершенно разное, но вот комедии действуют на меня, как аспирин. Обожаю балет и народные танцы, когда-то был поклонником ансамбля Игоря Моисеева. Да и сам десять лет занимался балетом на льду.

- Ходят слухи о твоей коллекции театральных программок и посадочных талонов. В ней есть интересные пополнения?

- Самое последнее - билет из "Фридрих-штадт-палас" в Восточном Берлине, а что касается посадочных талонов, то в последнее время я не встречал никаких экзотических авиакомпаний.

- В августе нам пророчат конец света. Если бы тебе сказали: "Саша, завтра конец света!", как бы ты провел последний день?

- Эту ситуацию я репетировал не раз. Друзья говорят, когда видят меня в очень веселом настроении: "Ну, Абрахимов, ты ошалел, гуляешь, будто конец света". Может быть, это мой стиль жизни: каждый день как последний?

/"ВАШ ДОСУГ" №30(120) ’99/


При любом использовании материалов этого сайта ссылка (для сайтов - гиперссылка) на THE MIND'S EYE® обязательна. Все права защищены.
All contents copyright © 2000-2018 THE MIND'S EYE® project by KARX. All rights reserved.

Made on Mac mini Server